— Понятное дело — согласился председатель. — Буду требовать, но так сразу всё одно к нам не добраться, даже если найдут кого.… А у нас в любой момент беды можно ждать.

— Так придумай что-нибудь! Ты же председатель!

— Я с этого и начал — проворчал Еремей. — Покумекать надо.… В общем, отдыхай пока.

Прокоп ушёл, а Еремей уселся за письменный стол и задумался. Да уж, пришла беда, откуда не ждали.… Подкинули головной боли, да ещё в выходной. В райцентр-то он, само собой, позвонит, а то и съездит, но надежды мало. Кого попало и впрямь брать не хочется, уж лучше своими силами…

— Пожалуй, побеспокою фронтовых товарищей — тяжело вздохнул председатель и потянулся к телефону.

Через три дня в деревню вошёл человек лет тридцати пяти — сорока. Был он смугл и обветрен, суровое его лицо, на котором выделялись ярко-голубые глаза, пересекали несколько шрамов. Тяжёлый рюкзак за спиной смотрелся на нём привычно и естественно, а рубиновая звезда на фуражке словно притягивала солнечные лучи, ухитряясь сверкать даже в тени. Уверенным взглядом человек окинул деревню и направился прямо к дому председателя.

— Иван, чертяка старый! — восторженно почти завопил Еремей, когда, вернувшись с работы, обнаружил перед домом гостя. — Добрался-таки! Дай я тебя обниму…

Улыбка тронула губы гостя, и он наклонился к председателю, заключая того в ответные объятья.

— Только чего ты снаружи торчишь, как неродной? — продолжил председатель. — Пошли в хату, там и побеседуем. Прошлое вспомним, о дне нынешнем поговорим…

— …Вот такие вот дела — закончил Еремей. — На тебя вся надежда.

Иван задумчиво кивнул.

— И сюда вражина добрался… Ничего, мы ещё во всём мире порядок наведём! Ну, пошли, покажешь мне ваш погост.

— Что, прямо сейчас? — слегка опешил Еремей. — Прямо с дороги, и, не отдохнувши толком?

— Да я уж отдохнул — улыбнулся Иван. — А время зря терять не следует.